Сальвадор Дали — о своих антиницшеанских усах, всегда обращенных в небо
Исполнилось 115 лет со дня рождения Сальвадора Дали — художника, эксцентрика, гения искусства и носителя самых узнаваемых усов в мире. Как Дали поддерживал их в форме и что он думал про усы Марселя Пруста и Фридриха Ницше — читайте в выдержках из "Дневника гения".
![](https://cs.kiozk.ru/content/article/zzl/5bp/rja/pueqpncnribrt6ubwlbjdx0/c3evys.jpg?v=2&temp_url_sig=OA73J04CXhojvUveasjrvg&temp_url_expires=1711763555)
Сальвадор Дали, «Дневник одного гения»
1 ноября 1957 года, Порт‑Льигат
Совершенно уверен, что по аналитическим и психологическим способностям я намного превзошел Марселя Пруста. И не только потому, что он депрессивный неврастеник, что сразу же видно по его унылым, поникшим усам, которые, как и еще более обвислые усы Ницше, являют собою полную противоположность бодрым и жизнерадостным усам Веласкеса, не говоря уж об ультраносорожьих усах вашего гениального покорного слуги.
Что и говорить, меня всегда особенно привлекала растительность на человеческом теле, и не только из эстетических соображений, то есть чтобы по тому, как растут волосы, определить, сколько у человека золота — ведь известно, что эти вещи тесно связаны, но также и с точки зрения психопатологии усов, этой трагической константы характера и несомненно самого красноречивого признака мужского лица. Не менее– очевиден и тот факт, что, хоть я и прибегаю с таким удовольствием к чисто гастрономическим терминам, надеясь, что они помогут легче проглотить мои чересчур сложные и трудноперевариваемые философские идеи, я неизменно требую от них самой суровой ясности — так чтобы на них был четко виден даже тончайший волосок. Просто не переношу никакого тумана, пусть даже и самого безобидного.
1 мая 1952 года, Порт‑Льигат
<...>
После первого прочтения книги «Так говорил Заратустра» у меня уже было свое собственное мнение о Ницше… За три дня я окончательно его проглотил и переварил. После этой каннибальской трапезы оставалась несъеденной лишь одна деталь личности философа — его усы! Позднее Федерико Гарсиа Лорке, зачарованному усами Гитлера, суждено было провозгласить, что «усы есть трагическая константа человеческого лица». Но мне надо было превзойти Ницше во всем, даже в усах! Уж мои-то усы не будут нагонять тоску, напоминать о густых туманах и музыке Вагнера. У меня будут заостренные на концах, империалистические, сверхрационалистические усы, обращенные к небу, подобно вертикальному мистицизму, подобно вертикальным испанским синдикатам.
<...>
9 мая 1957 года, Порт‑Льигат
Время от времени, но с упорным постоянством встречаются мне в свете весьма элегантные, то есть умеренно привлекательные женщины с почти чудовищно развитой копчиковой костью. Вот уже много лет эти самые женщины, как правило, горят желанием познакомиться со мною лично. Обычно между нами происходит разговор такого порядка: