Фрагмент книги «Чернобыль. История катастрофы»

EsquireСобытия

Хроника чернобыльской катастрофы — в монументальном труде Адама Хиггинботама. Публикуем фрагмент книги

«Альпина нон-фикшн», 2020. Перевод Андрея Бугайского

В конце апреля в издательстве «Альпина нон-фикшн» выходит книга британского журналиста-расследователя Адама Хиггинботама «Чернобыль. История катастрофы». Это монументальное исследование, основанное на сотнях интервью и огромном массиве архивных документов, и, пожалуй, самая подробная на сегодняшний день хроника Чернобыльской катастрофы. Автор подчеркивает человеческое измерение этой трагедии, показывает роль поступков конкретных людей, раскрывает связи между ними — так постфактум мы понимаем, как случайность ведет к неизбежности. Отличное чтение для поклонников сериала и хорошее дополнение для тех, кто прочел «Чернобыльскую молитву» Светланы Алексиевич. Esquire публикует фрагмент десятой главы «Облако», где мир узнает о радиоактивном заражении.

Поднятое в небо столбом жара от разрушенного реактора, подгоняемое порывами ветра, невидимое облако радиации пролетело уже тысячи километров.

Вырвавшись из развалин 4-го энергоблока, оно быстро поднялось в тихом ночном воздухе до высоты 1500 м. Там его подхватили мощные южные и юго-восточные воздушные потоки и погнали со скоростью от 50 до 100 км/ч на северо-запад, в сторону Балтийского моря. Облако несло в себе газообразный ксенон-133, микроскопические фрагменты облученного графита и частицы чистых радиоактивных изотопов, включая йод-131 и цезий-137, которые выделяли столько тепла, что разогревали окружающий воздух и взлетали как сотни тысяч воздушных шаров. В глубине облако пульсировало 20 млн кюри радиоактивности. В субботу, 27 апреля, когда советские ученые наконец начали регулярную воздушную разведку места катастрофы — через сутки после того, как произошла авария, — невидимое чудовище уже скрылось и физики остались в неведении относительно его размеров и интенсивности. Их замеры показывали только его хвост. За 24 часа облако достигло Скандинавии.

В полдень воскресенья автоматический датчик слежения Национальной лаборатории Risø к северу от Роскилле зафиксировал прибытие облака в Данию. Поскольку это случилось в выходной, показаний прибора никто не заметил. Вечером финский солдат на измерительной станции в Каяани на юге Финляндии отметил аномальный рост фонового излучения. Он сообщил об этом в оперативный центр в Хельсинки, но никаких действий предпринято не было. Ночью хвост выброса столкнулся с дождевыми облаками над Швецией, и содержащаяся в них влага начала впитывать и концентрировать загрязнения.

Когда дождь наконец пролился из облаков около города Евле, в двух часах езды к северу от Стокгольма, он был уже сильно радиоактивным. Незадолго до 7 часов утра в понедельник, 28 апреля, Клифф Робинсон завтракал в кафетерии атомной электростанции Форсмарк, в 65 км к юго-востоку от Евле на берегу Ботнического залива. Робинсон, 29-летний техник радиохимической лаборатории, смешанного англо-шведского происхождения, каждое утро приезжал на АЭС на автобусе с рабочими, строившими большое подземное хранилище радиоактивных отходов.

Допив кофе, Робинсон зашел в раздевалку почистить зубы. Проходя на обратном пути мимо пункта радиационного контроля, он услышал звонок. Все еще полусонный, техник не понял, что происходит. Он только что приехал на станцию, еще не входил в реакторный блок и, значит, не мог быть загрязнен. Услышав сигнал, подошел сотрудник отдела радиационной защиты, Робинсон рассказал ему, что случилось, и снова прошел через детектор. Звонок прозвенел вновь. Но на третьей попытке прибор затих. Мужчины решили, что он сломался. Возможно, порог чувствительности был неверно калиброван. Дозиметрист сказал, что Робинсон может идти на работу. Прибор починят позже.

По совпадению, прямой обязанностью Робинсона в лаборатории было измерение радиоактивности — возле Форсмарк-1 внутри здания станции и в выбросах в окружающую среду. Реактору АЭС было только шесть лет, но его преследовали мелкие технические неполадки, течь из топливных стержней уже привела к нескольким небольшим выбросам радиации этой зимой. Как полагалось, Робинсон отправился на верхние уровни станции брать образцы воздуха, потом пошел в лабораторию делать анализ. Около 9:00 он спустился в кафетерий выпить еще одну чашку кофе. У пункта радиационного контроля образовалась очередь из работников станции, на которых среагировал детектор. Еще больше удивившись, Робинсон взял ботинок одного из мужчин, положил в пластиковый мешок, чтобы избежать перекрестного загрязнения, и вернулся в лабораторию. Он поставил ботинок на германиевый детектор, чувствительный прибор для измерения гамма-излучения, и приготовился ждать.

Результаты появились с ужасающей скоростью, взлетев на экране прибора крутыми зелеными пиками. Робинсон похолодел. Ничего подобного он никогда не видел. Ботинок был сильно загрязнен всем спектром продуктов распада, обычно присутствовавших в активной зоне реактора Форсмарк-1: цезий-137, цезий-134 и короткоживущие изотопы йода — но и другие элементы, включая кобальт-60 и нептуний-239. Они могли появиться, как знал Робинсон, только если ядерное топливо соприкасается с атмосферой. Он немедленно позвонил начальнику, который, опасаясь худшего, велел ему вернуться к вентиляционной трубе и взять новые образцы воздуха.

В 9:30 директору станции Карлу Эрику Сандстедту сообщили о загрязнении. Но руководство Форсмарка понимало, что происходит, не больше, чем Робинсон. Они не могли проследить обратный путь к источнику радиоактивности на станции, а с учетом погодных условий уровни радиации на грунте снаружи говорили о крупной утечке из одного из реакторов. В 10:30 директор Сандстедт приказал перекрыть подходы к станции. Местные власти по радио оповестили население, призвав людей держаться подальше от Форсмарка, полиция выставила блок-посты. Прошло еще полчаса, и Робинсон, изучавший новый пакет образцов в лаборатории, услышал вой сирен в здании: сотрудников станции эвакуировали.

К тому времени ядерные и оборонные ведомства Швеции уже получили сообщения о высоких уровнях загрязнения в Студсвике в 200 км от Форсмарка. Пробы воздуха, взятые в Стокгольме, тоже показывали повышенный уровень радиации и изотопный состав с содержанием частиц графита, говоривший о катастрофической аварии на гражданском ядерном реакторе, но совсем другого типа, чем в Форсмарке. К 13:00, используя метеорологические расчеты, разработанные для контроля за выполнением Договора 1963 года о запрещении испытаний ядерного оружия, Шведский институт оборонных исследований смоделировал погодные условия над Балтийским морем. Судя по ним, радиоактивное загрязнение возникло не в Форсмарке. Оно пришло откуда-то извне Швеции. А ветер дул с юго-востока.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Сила воли: что мешает нам добиваться цели Сила воли: что мешает нам добиваться цели

Проблема отсутствия силы воли – в образе жизни, который ее ослабляет

Psychologies
Цена разрушения Третьего рейха Цена разрушения Третьего рейха

Интервью с британским историком и профессором Адамом Тузом

Эксперт
Адам Хиггинботам: Чернобыль: История катастрофы Адам Хиггинботам: Чернобыль: История катастрофы

Одна из глав книги журналиста Адама Хиггинботама «Чернобыль: История катастрофы»

СНОБ
Губка с ионной жидкостью оказалась эффективным воздушным фильтром Губка с ионной жидкостью оказалась эффективным воздушным фильтром

Этот фильтр отличается долговечностью и приспособленностью к регенерации

N+1
Андрей Хорошилов: Не время умирать! Умеют ли консервативные бизнесы подстраиваться под новую реальность? Андрей Хорошилов: Не время умирать! Умеют ли консервативные бизнесы подстраиваться под новую реальность?

Любой бизнес, как Джеймс Бонд, должен стремиться преодолевать препятствия

СНОБ
Американская связь для Путина: как президент общается со страной во время пандемии Американская связь для Путина: как президент общается со страной во время пандемии

Путин использует для переговоров по видеоконференцсвязи оборудование Polycom

Forbes
Как правильно запаривать веник для бани — от дубового до березового Как правильно запаривать веник для бани — от дубового до березового

Только не говори, что ты собрался в баню без веника

Playboy
Распаковка Y-хромосомы приблизила старость самцов дрозофилы Распаковка Y-хромосомы приблизила старость самцов дрозофилы

Почему самцы живут меньше самок?

N+1
Точка разрыва Точка разрыва

Рынок нефти переживает беспрецедентный профицит предложения

Эксперт
«ОПГ Добрых дел»: как и зачем Евгений Хитьков и команда строят свою альтернативную реальность «ОПГ Добрых дел»: как и зачем Евгений Хитьков и команда строят свою альтернативную реальность

«Пить вино и не сдаваться» — лозунг «ОПГ Добрых дел»

Собака.ru
Не забывайте о приютах в период пандемии Не забывайте о приютах в период пандемии

Не можете пригласить к себе друга – приютите его

GQ
Сидящие под дождём Сидящие под дождём

У насекомых и пауков особые взаимоотношения с окружающим миром

Наука и жизнь
На снимке юной релятивистской струи удалось разглядеть ее “родителей” На снимке юной релятивистской струи удалось разглядеть ее “родителей”

Астрономы получили первое изображение молодой релятивистской струи

Популярная механика
Истина на Востоке. Почему Китай может стать новым мировым центром виноделия Истина на Востоке. Почему Китай может стать новым мировым центром виноделия

Китайцы поняли: выращивать виноград и делать вино можно и в своей стране

Forbes
Главные по тарелочкам: как американцы Главные по тарелочкам: как американцы

Что стоит за новостями с заголовками «Пентагон признал существование НЛО»?

Популярная механика
«Елизавета II не была большой любительницей балета». Балерина Наталья Осипова о карантине в Лондоне «Елизавета II не была большой любительницей балета». Балерина Наталья Осипова о карантине в Лондоне

Балерина Наталья Осипова о том, почему нельзя смотреть балет в записи

Forbes
Планета ждет перемен? Планета ждет перемен?

Что и как изменится после пандемии

Лиза
Антикризисный план: как спасать гостиницу Антикризисный план: как спасать гостиницу

Как гостиницам удержаться на плаву во время глобального кризиса

Forbes
«Ангел из гетто». История женщины, которая создала подпольную ячейку антифашистов «Ангел из гетто». История женщины, которая создала подпольную ячейку антифашистов

Фрагмент книги «Дети Ирены» Тилар Маццео

Forbes
Человек прямоходящий оказался старым соседом австралопитеков в Южной Африке Человек прямоходящий оказался старым соседом австралопитеков в Южной Африке

Австралопитеки были эндемиками этой местности, а парантропы и люди пришли туда

N+1
Слишком светло: найдена причина раннего старения горожанок Слишком светло: найдена причина раннего старения горожанок

Из-за искусственного освещения наш организм стареет в несколько раз быстрее

Cosmopolitan
Северная надбавка Северная надбавка

Спустя пять лет Владимир Потанин вновь занял первое место в списке Forbes

Forbes
Планетолог разрешил глубинные океаны магмы на Венере Планетолог разрешил глубинные океаны магмы на Венере

Ученый предложил для Венеры новую модель эволюции внутренней структуры

N+1
И даже в отпуск ездят! Звездные пары, которые остались друзьями после разрыва И даже в отпуск ездят! Звездные пары, которые остались друзьями после разрыва

После расставания немногим удается сохранить теплые отношения

Cosmopolitan
Диабет, рак и ВИЧ. С каким диагнозом живут знаменитости? Диабет, рак и ВИЧ. С каким диагнозом живут знаменитости?

Многие знаменитости в течение долгих лет живут с серьёзными заболеваниями

Cosmopolitan
Леа Сейд. Превращение Леа Сейд. Превращение

«Родилась с серебряной ложкой во рту» — это о ней

Караван историй
Семь опасных предметов в вашем доме Семь опасных предметов в вашем доме

Вещи, которые могут представлять серьезную угрозу здоровью

Домашний Очаг
Евгений Гришковец: Водка как нечто большее Евгений Гришковец: Водка как нечто большее

Новая книга режиссера и писателя Евгения Гришковца «Водка как нечто большее»

СНОБ
Лайфхаки от космонавтов: как Гагарин и Леонов справлялись с самоизоляцией Лайфхаки от космонавтов: как Гагарин и Леонов справлялись с самоизоляцией

Чему мы можем поучиться у космонавтов, подводников и полярников?

Psychologies
«Мы не знаем, как поведут себя вирусы в космосе» «Мы не знаем, как поведут себя вирусы в космосе»

Доктор медицинских наук Вячеслав Ильин — о микробиологической обстановке на МКС

Огонёк
Открыть в приложении